НЕОБХОДИМО ЛИ ИЗМЕНЕНИЕ РЕГИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ РОССИИ?

Не наступил ли сегодня момент для России приступить к ревизии «федерализма по Кудрину»? Последний, напомним, был внедрен в начале 2000-х гг. и предполагал централизацию финансовых ресурсов в центре с последующим их распределением по субъектам Российской Федерации. Последнее позволяло до известной степени смягчать эффекты, порожденные разрывом в уровне социально-экономического развития и доходов регионов. В итоге многочисленные регионы-реципиенты жили за счет небольшого числа регионов-доноров, а потенциальные ресурсы экономического роста и развития «размазывались» по территориям с целью сохранения хотя бы относительной стабильности.

Подобная модель была приемлемой до того момента, пока в руках федерального Центра накапливались значительные доходы от экспорта энергоресурсов и существовала возможность распределения. Сегодня, когда доходы от сырьевого экспорта заметно снизились, а альтернативные источники наполнения госбюджета пока не просматриваются, оправданным является вопрос о модификации подобной модели «бюджетного федерализма». Так, падающие доходы регионов-доноров (как сырьевых, так и сохранивших индустрию) все менее способны компенсировать увеличивающиеся бюджетные дефициты регионов-реципиентов, не говоря уже о том, чтобы создать новые точки роста на пост-кризисную перспективу.

Что же можно конкретно сделать для исправления и улучшения ситуации, когда сохраняется очевидно несовершенная система АТД, а произошедшая в 90-е и 00-е деиндустриализация территорий заметно снижает наши шансы на полноценное импортзамещение, при этом на долгосрочные федеральные программы в отношении «проблемных» регионов просто нет средств?

 Как представляется, для изменения положения дел в кратко-и среднесрочной перспективе желательно сделать следующее:

  1. Провести полноценный «аудит» и начать восстановление правовой, финансовой и организационной базы местного самоуправления -  того уровня власти и управления, который в условиях кризиса мог бы «разгрузить» центральную власть и региональный уровень; попытки же механистического «включения» институты местного самоуправления в «единую вертикаль государственной власти» лишь усиливает общее управленческое напряжение;    
  2. Вернуть к активной жизни межрегиональные ассоциации экономического взаимодействия – те самые горизонтальные объединения регионов, деятельность которых в 1990-е годы позволила избежать полного и окончательного обвала экономики на субфедеральном уровне; практически полное совпадение территорий межрегиональных ассоциаций с территорией ныне существующих федеральных округов делает эту задачу принципиально выполнимой;
  3. Создать «очаги» экономического роста и развития в самих регионах – включая сюда освобождение от «кормленческих» поборов малого и среднего бизнеса, устранение административных барьеров для инвестирования в экономику территорий, создание перерабатывающих производств (сельхозпродукции, древесины, рыбы и морепродуктов, природных косметических материалов и др.).

Очевидно, что решение этой задачи может быть возложено на региональные власти, с органическим задействованием механизмов единой властной вертикали. Одновременно желательно было бы отказаться от ряда долгосрочных затратных «мегапроектов» в регионах, на деле означающих «распределение» известным образом денег из госбюджета в условиях финансового кризиса.

Но способно ли Российское государство в настоящий момент эффективно решить вышеперечисленные задачи (ведь представляется, что любые антикризисные программы правительства, не предусматривающия внесения существенных корректив в региональную экономическую политику, скорее всего, не принесут ожидаемых положительных результатов)?!