О ПОПЫТКЕ «УРБАНИСТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ» В МОСКВЕ

По поводу происходящей на наших глазах в Москве попытки «радикальной реконструкции» ее внешнего облика – на фоне много  сказанного ранее и без всяких претензий на обладание истиной в последней инстанции - хотелось бы поделиться следующими размышлениями.

  1. Торговые павильоны – неотъемлимая часть Москвы времен Ю. М. Лужкова, ее специфического, сложившегося в бурные 90-е культурного облика и связанных с ним издержек, и вместе с тем – важный функциональный элемент жизни, по меньшей мере, нескольких миллионов москвичей, в жизни которых большое значение имеет метро (как основное средство передвижения в мегаполисе) и инфраструктура обслуживания, сложившаяся вокруг станций метрополитена.
  2. Необходимость наведения порядка в системе внутригородской торговли очевидна для основного большинства жителей Москвы, но в то же время вызывает вопросы соответствие действий московских властей законодательству, равно как и их готовность принимать во внимание интересы и мнения рядовых москвичей, потребности которых (пусть и не вполне цивилизованным образом) удовлетворяли те самые павильоны.
  3. В сложившейся ситуации очевидно проявился конфликт между правом собственности города Москвы на землю, на которой располагались торговые павильоны, и конкретными способами реализации этого права муниципальными функционерами.
  4. Ссылки московских властей на «восстановление исторического облика города» звучат в данном случае неубедительно – ибо строительство сити-моллов и иных связанных с «сетевой» торговлей объектов, выдержанных в технократическом стиле, едва ли будет способствовать подобному восстановлению.
  5. Произошедшее ясно показывает, что нам еще весьма далеко до возникновения такого явления, как «городская публичная политика». Говорить о «рефлексивной политике» в свете увиденного и вовсе не приходится.
  6. Наряду с этим, еще раз подтвердилась истина о том, что малый и средний бизнес (мсб) в российских городах и весях имеет шанс выжить, лишь будучи прочно встроенными в политико-административные «машины» соответствующего уровня. Игнорирование же мсб либо его прямое подавление муниципальными властями в условиях современного кризиса и падения экономической активности выглядит откровенным самоедством.
  7.  Попытки увязать произошедшее в столице с приверженностью московской мэрии определенной идеологии (коммунистической либо иной) выглядят довольно безосновательно – ибо проблема состоит в отсутствии у мэрии Москвы какой-либо идеологии вообще (помимо специфически понимаемых «корпоративных» интересов), что само по себе является источником социального напряжения.  
  8. Особую тревогу вызывает возможность распространения «московского почина» на другие регионы и региональные центры России – в этом случае описанные М. Е. Салтыковым-Щедриным в свое время сюжеты могут внезапно обрести современное прочтение и содержательное наполнение.

В конечном итоге, у российского гражданского общества не остается иного пути, помимо консолидации своих ресурсов для удержания в известных рамках (исключительно правовых) экспансии со стороны бюрократических структур, воплощающих в себе государство. И мягкая "гражданская война" бюрократических структур и мсб для достижения этой цели вовсе не является необходимой.