«ВООБРАЖАЕМЫЕ СООБЩЕСТВА» КАК СУБЪЕКТ ПОЛИТИКИ: ПОДЪЕМ И НЕИЗБЕЖНОЕ КРУШЕНИЕ

В последнее время немалое количество политизированных граждан частично добровольно, а частично вследствие разного рода информационно-пропагандистских манипуляций включаются в разного рода «воображаемые сообщества» (Б. Андерсон). Последние, хоть и не превращаются в полноценные «сообщества судьбы» (по Э. Ренану), но способны обрести устойчивую политическую идентичность, осознают себя в качестве специфических «групп интересов» и заявляют политические требования, которые становятся все радикальнее и радикальнее; по подобным лекалам сегодня формируются политические нации в ряде восточноевропейских и постсоветских государств. При этом одной из наиболее примечательных является способность указанных «воображаемых сообществ» воспроизводить себя, генерируя политические мифы с помощью определенных техник (по Э. Кассиреру) и формируя собственное «культурное ядро» (А. Грамши), с помощью которого обосновываются и реализуются их претензии на гегемонию в различных сферах жизни – и прежде всего в политической. Подобные сообщества черпают свою силу в эмоциях и переживаниях своих участников, всячески усиливая и заостряя их, благодаря чему эмоциональные и пассионарные подъемы неизбежно сопровождаются у них резким возрастанием агрессии с жестким неприятием членов всех иных возможных сообществ и их ценностей – благодаря чему политика для них автоматически превращается в «отношения между другом и врагом» (по К. Шмитту); подобная поляризация дискурсов неизбежно означает войну с идеологическими противниками на уничтожение. «Воображаемые сообщества» активно переписывают либо придумывают свою прежнюю историю, всячески героизируя себя либо подчеркивая свою неимоверную жертвенность – и одновременно всячески принижают и демонизируют своих реальных и потенциальных противников, перенося на них весь возможный негатив. Вместе с тем, практически все члены таких «воображаемых сообществ» постоянно ощущают своего рода экзистенциальный страх в связи с возможностью распада их виртуально-политического объединения. Ибо такой распад неизбежно грозит им фрустрацией, аномией, утратой ценностей и смысла жизни. А потому -  участники подобных квазиобъединений, как правило, до конца держатся за сохранение существующей в их воображении общности, игнорируя все вызовы со стороны окружающей их реальности (в соответствии с принципом «тем хуже для нее»). Подобная отчаянная борьба – борьба не просто за психологический комфорт, но за все то, что стало для участников воображаемых объединений целью и смыслом жизни; последние готовы принести в жертву за сохранение воображаемой реальности и политических оппонентов, и самих себя, и целые страны, народы и регионы. Однако подобное агрессивное неприятие реальности вкупе с деструктивностью лишь ускоряют крах этих виртуальных общностей вместе с крушением их политических проектов и идеалов; бутафория придуманного мира рушится на глазах, как это произошло в конце пьесы В. Набокова «Приглашение на казнь».

Те, кто переживет эту экзистенциальную катастрофу и неизбежный период «потери себя», через некоторое время будут приглашены к участию в новом проекте по созданию нового либо воссозданию старого «воображаемого сообщества». Подобный процесс распада и воспроизводства виртуальных химер в эпоху Постмодерна может быть практически бесконечным – пока не произойдет разрушение химер и симулякров с возвращением к подлинной реальности вещей и смыслов, с уходом из-под власти политических мифотворцев и социальных конструкторов деструктивно-манипуляционного типа. Однако путь к такому освобождению может оказаться весьма долгим и тернистым – ибо матрица виртуального господства невероятно сильна.  Подобное освобождение будет подлинной революцией сознания и ценностей, в корне отличаясь от большого числа «разноцветных революций» и квази-националистических «свершений», которые мы наблюдали ранее и наблюдаем сегодня.